Ну вот и я посмотрел Левиафана (внутри спойлеры) (+)

Автор: MAX
<imax_cinema@bk.ru>

Дата: 13.01.15, @23:16

  Скажу сразу - фильм мне не понравился. Беспросветная безысходность на фоне глушения водки из горла и не слишком уместных по сюжету (а скорее - притянутых за уши), но постоянных отсылок к церкви - это не мое. Причем, без видимой на то необходимости.

Вообще, по теме дырявого сценария отлично вчера высказался Быков (не режиссер - поэт) - позволю себе цитату :

Я совершенно не понимаю, почему мэр отжимает у Николая конкретно тот участок, на котором стоит его дом? Дом, отнюдь не блещущий гламуром. Церковь-то как раз построена на месте дома, то есть это нужно было не мэру снести этот дом, а именно…
А, скажите, пожалуйста, чем эксклюзивно этот кусок берега отличается от соседнего куска берега? Почему надо было вот этот дом надо было отнять от для церкви?
А, почему церковь нельзя было построить рядом? Вообще, стартовая ситуация: почему у Николая отжимают дом. Мы понимаем,что надо показать столкновение человека и государства. Но для того, чтобы показать столкновение человека и государства, надо худо-бедно изучать реальность. Надо прослеживать какие-то медицинские ситуации, какие-то коммерческие. А мы здесь выдумали с нуля: решили отнять домик.
Нет, это, конечно иррационально, но если вы делаете сюжет картины сколько-нибудь связной, то вы должны следить, чтобы все связи в этом сюжете работали, иначе получается, какое-то абсолютно барское высокомерие. Если они под церковь отжимали этот участок, что из фильма не следует никак.

К.Орлова
― Но это так важно. Вот, например, когда Сочи строили.

Д.Быков
― Да очень это важно.

К.Орлова
― Отнимали же дома, ну?

Д.Быков
― Возьмите конкретную историю из Сочи, перенесите ее в Мурманск, где это снимали, в Териберку - и там рассматривайте. Напишите хотя бы образ главного героя, ведь мы про Николая ничего не знаем, мы не понимаем, почему надо любить этого человека?

К.Орлова
― А, почему вы, вообще, должны его любить, почему вам надо его любить?

Д.Быков
― А, почему, простите, я тогда должен быть на его стороне в его противостоянии с мэром.

К.Орлова
― А, кто сказал, что вы должны быть на его стороне?

Д.Быков
― А на что тогда мы должны смотреть? Если человека давит государство, так вы мне покажите, что это все-таки человек, а не абсолютно бессмысленная, ни на что ни способная машина.

К.Орлова
― Смотрите, вы говорите о нестыковках в сценарии, но какие смыслы принесены в жертву? Вот я не понимаю, какие смыслы?

Д.Быков
― Если это филь о том, что всякая жизнь – страшная мясорубка, пожирающая человека, непонятно, при чем здесь Россия, церковь, коррумпированный мэр? Можно подумать, что если бы это был идеальный мэр, то тогда бы жизнь человеческая стала бы менее трагична. А, если это фильм о российской трагедии, вы потрудитесь насытить его какой-нибудь конкретикой. Покажите жизнь этой женщины, которую Лядова играет так энигматично, так непонятно, так загадочно. Проследите ее жизнь на этом рыбзаводе, а не одну сцену на конвейере.

К.Орлова
― Но это же и так понятно.

Д.Быков
― Проследите, что было в папке на этого мэра.

К.Орлова
― А это важно? Какая разница? Разве непонятно, как работают на рыбзаводе?

Д.Быков
― Конечно, это важно. Это же не комедия масок, понимаете? На Романе Модянине крупно написано: «Я очень плохой!» Объясните нам, что это за человек.

К.Орлова
― Зачем какие-то очевидные вещи объяснять?

Д.Быков
― Вы притчу делаете или психологическую драму? Нет, это вещь не очевидная. Откуда этот мэр таким взялся? Почему этот мэр востребован?

К.Орлова
― Да, потому что большинство мэров такие, ну как?

Д.Быков
― Нет, конечно. И весь город его почему-то терпит. Хотя у Николая масса друзей в этом городе, в том числе, среди гаишников, среди власти. Он дружит с представителями власти, и уж, наверное, они не все так покорно его сдали. Как получилось, что вообще в этой картине нет ни намека на сопротивление?

К.Орлова
― Но Кущевку-то терпели?

Д.Быков
― Кущевку терпели. Но, во-первых, Кушевка вышла наружу. Во-вторых, в Кущевке бандиты держали Кущевку, а вовсе не лично Ткачев. Вот это сращение бандитов и власти - на него здесь есть единственный намек, когда качки бьют адвоката. По большому счету, здесь не показана схема этой жизни. Здесь есть, опять-таки говорю, голимый импрессионизм, это впечатления. Вот очень плохие люди. Так русская жизни – в этом ее трагедия – она сама себя не знает, она сегодня не познана. У нас нет реальной социологии, у нас нет реальной картины профессиональной структуры этого общества, иначе бы мы в ужасе увидели, что в стране не стало профессионалов.

К.Орлова
― – Вот вопрос от Энди из Москвы, пишет вам: «А что, если человек давит государство, за него можно переживать, если ты его любишь? Почему мы должны любить этих персонажей?»

Д.Быков
― – Потому что, извините, таковы законы искусства. Вот и все. Это социальные законы. Это вы в газете можете сопереживать человеку, и вам не важно, хорош он или плох, если его давит государство. А законы искусства таковы, что, если вы сопереживаете человеку, то вы должны найти какие-то моменты для личной идентификации с ним. Почему Митте понадобилось в экипаже делать первую серию? Все ждали, когда начнется катастрофа, все любили интересное…интэреэсное. Ну вот, все ждали вторую серию. Зачем нужна первая? Чтобы почувствовали родными этих людей, затем, чтобы вы идентифицировались с ними. И, кстати, обратите внимание, с какой великолепной социальной точностью была написана та история. Ну, это все-таки Дунский и Фрид – классики. Для того, чтобы вы сопереживали в кино герою… Ну, посмотрите, как сегодня работают Дарденны, например. Казалось бы, очень ненавязчиво, но подается масса сведений о герое. Вы успеваете его – не скажу, полюбить, - но вы успеваете почувствовать его близким, и тогда вы начинаете сопереживать. Сопереживать можно даже маньяку, если вам успели показать, какое у него детство было трудное. А, если вы видите человека… ну, Алексей Серебряков – великий актер, без дураков, он предпринимает титанические усилия, чтобы насытить эту роль живым содержанием, но, простите, он не может выдумать человека с нуля. А ведь там не показывают, как он действует. Там мы видим один раз, как он чинит машину. Не сказано, как он потерял жену. У него нет прошлого, у него нет настоящего. Вот дан человек: все вещи в анфас, а это не очень хорошо. «Пока ты была со мной, я видел все вещи в профиль» - помните, у Бродского? Видел несколько со стороны. А это анфас, театра масок. Ну это хороший жанр, но на притчу это, к сожалению, не тянет. При том, что я очень поздравляю Звягинцева и очень рад успеху этой картины. Но у нас все рады успеху, у нас даже Мединский порадовался успеху этой картины.

ПРУФЛИНК


P.S. Но один вопрос не дает покоя - Кто же убил Лору Палмер [зачеркнуто] Лилю???

Сообщения в ветке


Ответ на сообщение
Ваше имя:
Пароль:
Ваш e-mail:
Тема:
Текст сообщения:
  
Посылать уведомление об ответе: